Антисоветские мемуары. Часть 2.
Nov. 27th, 2020 04:45 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
akouzКратко о прочитанных за последнее время мемуарах.
Мемуары М.Т.Калашникова оказались совершенно плоскими и занудливыми. Ни одной интересной мысли я в них не нашел. Что ж касается фактов, то они сейчас общеизвестны. Характерный штришок, много рассуждая о ствольной коробке АК-47, Калашников ни разу не обмолвился о немцах, в частности, о том что 6 лет работал в Ижевске на одном заводе со Шмайссером. Про автомат Булкина он тоже не упоминает. То есть, неудобные факты он в своих мемуарах замалчивает.
Странное впечатление произвели мемуары Карнаева "Так мы жили в ХХ веке". Они, несомненно, содержат гораздо больше познавательного и интересного, чем ходульные мемуары Калашникова. Однако сам автор почему-то не вызывает симпатии.
В мемуарах Луконина "На службе у атома" порадовали несколько забавных моментов.
Когда Луконина назначили директором Ленинградской АЭС, он должен был пройти еще беседу в военно-промышленном отделе ЦК КПСС в Москве. Эти отделом руководил этим отделом И.Сербин. Как пишет Луконин, "стиль работы у него был жестким и очень требовательным". Луконин приехал в Москву и жил там две недели, ожидая вызова к Сербину. "Каждое утро я в 9 часов приезжал в министерство и вот там слонялся, ждал вызова", домой его не отпускали. Якобы Сербин был "очень занят". Когда же наконец его вызвали, то "был я у него минут пять. Минуты три он говорил по телефону. Потом спросил: «А вы знаете, куда едете?» Я отвечаю, что знаю. «Ну, хорошо, желаю успеха, езжайте». Вот и весь разговор."
Позже Луконин как-то разговорился с Б.Броховичем, директором комбината в Челябинске-40. Тот рассказывал: «Я тоже был у Сербина. Сидим, молчим. Спрашивает: «Ваша фамилия Брохович?» — «Да, Брохович». Опять молчит. Потом опять спрашивает: «Ваша фамилия Брохович?» Тут я уже понял, что он думает. Я не выдержал и говорю: «Я белорус». Пообщались, он ничего конкретно не предложил и говорит: «Ну идите». Я ушел и не знаю, назначат меня директором комбината или нет. Назначили». Очень требовательный был товарищ, да.
И все же наивный Луконин пишет: "Я не думаю, что у них это было так поверхностно. Просто после ознакомления с документами они лично должны были увидеть кандидата, побеседовать с ним, прежде чем назначить на столь высокую и ответственную должность." А может, и не наивный, может, по долгу службы.
Причем сразу же вслед за этим Луконин рассказывает: "В Ленинградском обкоме партии тоже надо пройти беседу в оборонном отделе. Назначили время приема. Продержали нас с начальником главка в приемной на полтора часа больше от назначенного времени. Юдин спрашивает начальника главка: «Зачем вы везете сюда специалиста из Сибири?» Больше никаких вопросов".
Номенклатура, настоящие коммунисты. Холопы должны были знать свое место.
Мемуары М.Т.Калашникова оказались совершенно плоскими и занудливыми. Ни одной интересной мысли я в них не нашел. Что ж касается фактов, то они сейчас общеизвестны. Характерный штришок, много рассуждая о ствольной коробке АК-47, Калашников ни разу не обмолвился о немцах, в частности, о том что 6 лет работал в Ижевске на одном заводе со Шмайссером. Про автомат Булкина он тоже не упоминает. То есть, неудобные факты он в своих мемуарах замалчивает.
Странное впечатление произвели мемуары Карнаева "Так мы жили в ХХ веке". Они, несомненно, содержат гораздо больше познавательного и интересного, чем ходульные мемуары Калашникова. Однако сам автор почему-то не вызывает симпатии.
В мемуарах Луконина "На службе у атома" порадовали несколько забавных моментов.
Когда Луконина назначили директором Ленинградской АЭС, он должен был пройти еще беседу в военно-промышленном отделе ЦК КПСС в Москве. Эти отделом руководил этим отделом И.Сербин. Как пишет Луконин, "стиль работы у него был жестким и очень требовательным". Луконин приехал в Москву и жил там две недели, ожидая вызова к Сербину. "Каждое утро я в 9 часов приезжал в министерство и вот там слонялся, ждал вызова", домой его не отпускали. Якобы Сербин был "очень занят". Когда же наконец его вызвали, то "был я у него минут пять. Минуты три он говорил по телефону. Потом спросил: «А вы знаете, куда едете?» Я отвечаю, что знаю. «Ну, хорошо, желаю успеха, езжайте». Вот и весь разговор."
Позже Луконин как-то разговорился с Б.Броховичем, директором комбината в Челябинске-40. Тот рассказывал: «Я тоже был у Сербина. Сидим, молчим. Спрашивает: «Ваша фамилия Брохович?» — «Да, Брохович». Опять молчит. Потом опять спрашивает: «Ваша фамилия Брохович?» Тут я уже понял, что он думает. Я не выдержал и говорю: «Я белорус». Пообщались, он ничего конкретно не предложил и говорит: «Ну идите». Я ушел и не знаю, назначат меня директором комбината или нет. Назначили». Очень требовательный был товарищ, да.
И все же наивный Луконин пишет: "Я не думаю, что у них это было так поверхностно. Просто после ознакомления с документами они лично должны были увидеть кандидата, побеседовать с ним, прежде чем назначить на столь высокую и ответственную должность." А может, и не наивный, может, по долгу службы.
Причем сразу же вслед за этим Луконин рассказывает: "В Ленинградском обкоме партии тоже надо пройти беседу в оборонном отделе. Назначили время приема. Продержали нас с начальником главка в приемной на полтора часа больше от назначенного времени. Юдин спрашивает начальника главка: «Зачем вы везете сюда специалиста из Сибири?» Больше никаких вопросов".
Номенклатура, настоящие коммунисты. Холопы должны были знать свое место.
